Свежие комментарии

  • Кабальский Виталий
    Может кто-то знает как Васютинский Антон Фёдорович превратился в Антония Афоциевича?Антон Федорович В...
  • Кабальский Виталий
    Может кто-то знает как Васютинский Антон Фёдорович превратился в Антония Афоциевича?Антон Федорович В...
  • Игорь Кушниренко
    Здраствуйте хочу продать незнаю оригинал или нет подскажитеХочу знать:

Ниобе

После окончания Первой Мировой войны Германия осталась практически без флота. К концу 1921 года в составе ВМФ Германии числилось 8 древних линкоров-додредноутов, 8 устаревших легких крейсеров, 32 миноносца, 32 тральщика, 18 патрульных кораблей, 5 учебных кораблей и 33 вспомогательных судна. Это было все, что удалось сохранить после сражений и репараций от некогда великого флота. Численность личного состава Германского военно-морского флота ограничивалась 15 тысячами человек. Все это, конечно же, было сильнейшим ударом по самолюбию немцев, имевших перед Великой Войной второй флот в мире.

Особенно не хватало учебных судов. Поэтому, не смотря на крайнюю нужду в финансах Рейхсмарине, в начале 1921 года решили переделать захваченный во время Первой Мировой войны норвежский парусник в учебное парусное судно. Хотя парусник был не совсем норвежским: четырехмачтовая шхуна «Мортен Йенсен» была построена в Дании на Фредериксхавнской верфи «Frederikshavn’s Værf og Flydedok» в 1913 году и первоначально принадлежала пароходству «F.L. Knakkegaard» из Нюкёбинга. В 1916 году судно было продано Норвегии и переименовано в «Тюхольм». Однако судьба парусника в качестве норвежской шхуны оказалась недолгой – 22 ноября 1916 года в Северном море парусник с грузом необструганной доски для Великобритании был остановлен немецкой подводной лодкой UB-41 под командованием Фридриха Карла Зихарта фон Зихартсхоффена.

После осмотра призовой командой и ареста груза шхуна была сопровождена в Киль. До конца войны судно работало на каботажных линиях и служило бункеровщиком. Новые названия сыпались на шхуну, как дождь – «Альдебаран», «Ниобе», «Шван». Судно успело поработать при морском училище во Фленсбург-Мюрвике, использовалось для чартерных рейсов у побережья, и даже было передано на время одной из немецких кинокомпаний. Наконец в 1922 году парусник решили перестроить в учебное судно. Задачу эту поручили Феликсу фон Люкнеру – знаменитому командиру парусного рейдера «Зееадлер». Было решено основательно перестроить «Шван» – сняли четвертую мачту, полностью заменили парусное вооружение, капитально переделали корпус судна, и четырехмачтовая шхуна превратилась в элегантную трехмачтовую баркентину. Корабль окрестили «Ниобе». Он имел следующие характеристики:

Тип судна трехмачтовая шхуна-барк;

Водоизмещение 675 тонн дедвейта;

Площадь парусов 953 кв.м.;

Длина корабля 46,1 м, максимальная - 58 м.;

Ширина корабля 9,17 м.;

Осадка около 5 м.;

Экипаж 115 человек (35 членов экипажа и до 80 кадетов);

Высота грот-мачты 34,8 м.;

Силовая установка двухцилиндровый двухтактный дизельный двигатель;

Мощность 240 л.с.;

Балласт 155 т стального балласта.

Ниобе

6 февраля 1922 года в Вильгельмсхаффене в торжественной обстановке «Ниобе» приняла на борт команду и первых кадетов. Каждый год четыре учебных курса (три для кандидатов в унтер-офицеры, четвертый для кандидатов в офицеры) курсанты проходили на новом судне практику, которая длилась от 2 до 3 месяцев. Двенадцать дней давалось на теоретические упражнения и знакомство с кораблем, а затем парусник совершал плавания в Северном или Балтийском море, а иногда и в Атлантике.

26 июля 1932 года произошла трагедия. «Ниобе» шел из Киля в плавание по Балтийскому морю. Первая остановка должна была быть в Варнемюнде. На ночь судно остановилось на якоре у острова Ферман. Дул свежий юго-западный ветер силой 3-4 балла. Утром судно снялось с якоря, в 13.00 был пройден плавучий маяк Ферман-Бельт, меж тем на юго-западе были замечены грозовые облака. Командир учебного судна капитан-лейтенант Руфус приказал убрать верхние паруса и зарифить остальные. Заморосил дождь. В 14.27 внезапно начался шквальный ветер, и огромная приливная волна накренила судно примерно на 40-50 градусов. О дальнейшем говорит донесение начальника плавучего маяка Фермарн-Бельт Томсена:

26 июля около 14 ч. плавучий маяк Фемарн-Бельт и учебный корабль «Ниобе» вели переговоры флажными сигналами. В 14.15 «Ниобе», который уже спустил брамсели, проходил плавучий маяк. Расстояние до парусника составляло около 0,5 морских миль. Около 14.30, в то время как команда учебного судна убирала паруса, налетел сильный грозовой шквал – с силой ветра до 7 балов с юга, позже изменив направление на юго-западное - с ливневым дождем.

В эту же минуту «Ниобе» опрокинулся. Я видел только лишь, как часть корабля выделяется из воды.

Спасательная шлюпка с моего плавучего маяка сразу помчалась к месту трагедии. Несмотря на угрожающую метеорологическую ситуацию, я считал необходимым лично вести лодку и лично руководить спасательной операцией.

Чтобы обратить внимание на происходящую трагедию проходящего мимо парохода «Тереза Русс», я просил дать несколько громких гудков. Однако пароход сам наблюдал аварию, и сразу же подошел к месту, где затонул «Ниобе». Мы спасли 19 человек, в том числе и командира судна.

Все пострадавшие в трагедии находились в районе 50-100 м, частично без спасательных жилетов. Некоторые цеплялись за выброшенные обломки рангоута и таким образом держались на воде.

Наша спасательная акция была закончена всего за 30 минут. Спасенные передавались на пароход «Тереза Русс».

Иллюминаторы нижних деков по недосмотру вахтенных офицеров были открыты, и вода быстро заполнила помещения левого борта. Первый помощник пытался повернуть судно по ветру, но «Ниобе» быстро накренилось и опрокинулось в течение двух-трех минут. Столь быстрая гибель баркентины определила и большое количество жертв – погибли 69 человек (3 офицера, корабельный врач, казначей, 10 кандидатов в офицеры, 8 унтер-офицеров, 36 кандидатов в унтер-офицеры, 9 матросов и кок). К месту трагедии подошло множество кораблей и судов: крейсеры «Кельн» и «Кенигсберг», пароход Гамбургского пароходства «Терезе Русс», спасательная шлюпка плавучего маяка, быстроходные катера. Однако спасти удалось лишь 40 человек, в том числе и командира «Ниобе» Руфусса.

Состоялся военный трибунал, рассмотревший дело «Ниобе». Слушание продолжалось неделю, и суд постановил, что командир парусника не виноват в случившемся. Судьи признали ситуацию форс-мажорной, никакой моряк не смог бы спасти судно.

21 августа 1932 года поднятый со дна моря парусник привели в Кильскую бухту. Рейхсмарине срочно арендовало пять маленьких шхун, чтобы как-то продолжить обучение кадетов «Команды-32», однако все это были полумеры. Для строительства нового учебного судна был учрежден благотворительный фонд «Пожертвования «Ниобе», куда каждый житель Германии считал обязанностью внести хоть какие-нибудь деньги. Трагедия объединила немцев: даже Монетный двор выпустил медали с изображением парусника, которые были переданы фонду как безвозмездная помощь. В результате было собранно более 200 тысяч марок, что позволило приступить к проектированию и строительству нового учебного судна.

Ниобе
Серебряная медаль, 1932. Гибель морского парусника «Ниобе». Аверс: парусник в море. Реверс: крест над морем. Надпись на гурте: Прусская государственная монета. Серебро 900 пробы. 36,2 мм; 21,85 г.Гравёр Оскар Глёклер.

Ниобе

Золотая медаль, 1932. Гибель морского парусника «Ниобе». Аверс: парусник в море. Реверс: крест над морем. Надпись на гурте: Прусская государственная монета. Золото 18 карат. 22,67 мм; 6,48 г. Гравёр Оскар Глёклер. Была такая же медаль диаметром 36 мм и весом 21,63 грамма.

Ниобе

Серебряная медаль, 1932. Памяти жертв Ниобе. Аверс: женская фигура между орлом и флагом. Реверс: корабль в море. 36 мм; 19,96 г. Гравёр Карл Гётц.

Текст из журнала «Морская компания» №2 за 2008 год.

Картина дня

наверх