Василий Швецов предлагает Вам запомнить сайт «Клуб коллекционеров «Мюнцкабинет»»
Вы хотите запомнить сайт «Клуб коллекционеров «Мюнцкабинет»»?
Да Нет
×
Прогноз погоды

Коллекционируйте - это особенно полезно для тех, кто занимается умственным трудом. Коллекционирование учит сосредоточивать память, при этом будучи само по себе отдыхом от мыслей, над которыми обычно приходится сосредоточиваться. А. Эйнштейн

Запомнить
Читать

О сайте

Поиск по блогу

Последние комментарии

Андрей Левин
Очень познавательная тема.Спасибо!
Андрей Левин Шведский пятак
Александр Шпынев
Сколько по деньгам обойдется ?
Александр Шпынев Французская медаль "Защитникам Порт-Артура"
Виталий Гольдман Виталий Гольдман
Vladimir Golovach
Спасибо!!!
Vladimir Golovach Монеты Георга II 1745-1746 годов с надписью Лима
Виктор Микитюк
Виталий Гольдман Виталий Гольдман
Александр Балабанов
алексей010101
*
алексей010101 Помогите определить чья это монета?
алексей010101
Сергей иванов
По чем нынче опиум для народа
Сергей иванов Французская медаль "Защитникам Порт-Артура"

Поиск по блогу

Кредитные монеты Речи Посполитой

развернуть

В середине XVII в. в денежной системе Речи Посполитой царил хаос. Неудачные реформы, проведенные королем Яном Казимиром, война под предводительством Богдана Хмельницкого и последующая война с Россией и Швецией, огромные долги перед армией - все это вконец расшатало экономическое и денежное хозяйство государства. И тут буквально спасителем явился итальянец по имени Тит Ливий Боратини (Бураттини), занимавший должность королевского секретаря и арендовавший Краковский монетный двор. Он предложил массовую эмиссию медных солидов, названных современниками по его имени - «боратинки». Реальная стоимость этих неполноценных денег составляла 15% от официальной. В 1659 г. Боратини заключил соглашение с правительством, по которому обязался выпустить 180 млн. медных солидов

приравненных к 1/3 серебряного гроша, но имевших гораздо меньшую реальную стоимость: фунт меди (2 гривны) стоил 15 грошей, или 45 солидов, но из него чеканили 300 солидов. Из этих 300 монет 171 штука шла в казну, 45 — на оплату сырья, а 84 — на производственные расходы, жалованье монетчикам и в доход арендатора монетного двора. Новые солиды весили около 1,35 г, имели диаметр 16 мм и чеканились в г. Уяздове близ Варшавы, Кракове, Бресте и Каунасе в 1659-68 годах. Полагают, что на внешний вид солида большое влияние оказала шотландская монета в 2 пенни (торнер), которая появилась на рынке Речи Посполитой в 40-е годы XVII века вместе с эмигрантами-шотландцами.

Выпускались два вида боратинок - коронные (польские) и литовские, отличавшиеся изображением и надписью на реверсе. Аверс боратинок был один и тот же - портрет короля и надпись: Ян Казимир король.
Кредитные монеты Речи Посполитой
Кредитные монеты Речи Посполитой
Запланированная вначале сумма - 1 млн. для Польши и Литвы - до конца 1666 г. превысила 10 млн. польских злотых.
Монетные дворы, специализировавшиеся на выпуске «боратинок», работали с предельным напряжением, но не были в состоянии справиться с выполнением непомерно объемных правительственных заказов. Тем не менее, даже официально зарегистрированные результаты выпуска литовских и польских «боратинок» свидетельствует о многократном превышении первоначально (в 1659 г.) запланированного общего их тиража. Следует отметь, что отчеты монетных дворов дают, несомненно, основательно заниженные цифры. Дело в том, что сам процесс производства был организован без строгой проверки каждой из выпущенных «боратинок»: от чеканщика требовалось лишь одно — выбить их из гривны меди не менее 150 штук. Предполагалось, что этим будет обеспечена гарантия выдержки среднего веса каждого солида в пределах установленной нормы.
Такой порядок предоставлял монетчикам удобную лазейку для личного обогащения: уменьшая толщину монетных кружков, они «выжимали» из каждой гривны дополнительные десятки «боратинок».
В стороне от столь выгодного производства не могли оставаться и фальшивомонетчики («клепачи»). Несмотря на жестокие наказания (отсечение правой руки с последующим ее вывешиванием на городских воротах и публичное обезглавливание на ратушной площади), они с каждым годом расширяли производство «боратинок».
Порою они даже не затрудняли себя понижением их веса, установленного законом. Поддельные медные солиды зачастую оказывались не хуже подлинных, и поэтому рынки фактически признали их равноправными партнерами «боратинок» государственных монетных дворов. Население сразу же поняло, что от этих обесцененных денег не следует ожидать добра: «Шеляг (солид) — маленькая монетка, но искра еще меньше, а целый дом может сжечь»,— гласила родившаяся в это время поговорка.
Уже к середине 1663 г., когда эмиссии «боратинок» только начинали по-настоящему набирать силу, правительству стала ясна неизбежность гибельных экономическйх последствий этой авантюры. Чтобы как-то уклониться от стремительно надвигавшейся финансовой кат
астрофы или, по крайней мере, оттянуть ее, казначейство Короны (несмотря на протест Боратини) одобрило проект германского монетчика Андрея Тымфа о выпуске монеты достоинством в 1 злотый (злотувку), т.е. в 30 серебряных грошей. 15 июня 1663 г. последовало официальное решение, позволявшее Тымфу и его брату Фоме (Томасу) приступить к работе.
Злотый эмитировался монетными дворами Львова, Быдгоща
и Кракова по стопе в 30 штук из восьмилотовой гривны серебра, иными словами, весил 6,726 г. и содержал 3,364 г серебра. Подобно медному солиду, он стал (сначала в народе, а затем — и в официальных актах) фигурировать под названием, основанном на имени своего творца — «тымф».
Кредитные монеты Речи ПосполитойКредитные монеты Речи Посполитой
Этим, однако, далеко не исчерпалось сходство злотувки с «боратинкой». Главное заключалось в ином: новая монета, неся на себе надпись «30 польских грошей», содержала серебра всего на 12 грошей. Следовательно, ее реальная стоимость составила лишь 40% от официально провозглашенной. По существу родился лишь несколько смягченный вариант «боратинки», пытавшийся прикрыть свою немощь серебряным блеском. В качестве единственной компенсации за низкопробность «тымфа», выпущенного 9-миллионным тиражом, населению была предложена легенда его лицевой стороны: «DAT PRETIUM SERVATA SALUS POTIOR METALLO EST» (в вольном переводе — «Желание спасения отечества превышает действительную цену металла»). В условиях политической и экономической анархии это нравоучительное изречение не смогло, разумеется, даже в малейшей степени посодействовать популярности злотого. Отношение к нему современников выразила получившая широкое распространение своеобразная и едкая расшифровка помещенной в центре его лицевой стороны монограммы ICR («loannes Casirnirus rex» — «Ян Казимир король»): «Initium calamitatis Regni» — «Начало гибели государства».
Будучи неполноценными кредитными деньгами, «боратинки» и «тымфы» явились материальным олицетворением облеченного в монетную форму косвенного налога, тяжким бременем легшего на плечи народных масс. Их обращение самым пагубным образом сказалось на финансах и экономике страны. Денежная реформа, начатая в 1659 г., пришла к своему логическому завершению: е
ё результаты оказались прямо противоположными ожидавшимся. 28 декабря 1666 г. последовал королевский указ, вынужденный признать этот факт: «Следуя горячим просьбам всех сословий охотно соглашаемся на то, абы все менницы как серебряные, так и медные в паньствах наших немедля закрыты были».
Тит Ливии Боратини и Тымфы были привлечены к суду. Братья сумели бежать за границу, не доплатив казне 4 миллионов злотых; Боратини же блестяще воспользовался многовековой аксиомой военной тактики: «Лучший вид обороны — наступление». Он не только категорически отверг обвинения в развале государственной казны, но в свою очередь предъявил ей счет на полтора миллиона злотых как сумму личного ущерба, понесенного им в бескорыстной борьбе за спасение финансов Речи Посполитой. Эта акция увенчалась полным успехом: «Урожденный Боратини,— заявил указ от 28 декабря,:— все суммы, по контрактам Речи Посполитой установленные, выплативши, себе и кредиторам своим на полных полтора миллиона (злотых) не добил...», а поэтому «следует удовлетворить урожденного Боратини в справедливых претензиях его».
Боратини еще на два года остался арендатором краковского монетного двора, вновь открытого
в 1667 г. специально для того, чтобы «пострадавший» смог получить свои полтора миллиона. Отчеканенные здесь шестигрошовики и орты (1667—1668 гг.), а также двойной дукат (1667 г.) помечены буквами TLB.
В 1668 г. Ян Казимир отрекся от престола. В краткое (1669—1673 гг.) правление Михаила Корибута Вишневецкого и в последовавшее затем трехлетнее междуцарствие монетные дворы страны бездействовали.
В 1676 г. на престол Речи Посполитой был избран Ян III Собесский. В Варшаве собрался предкоронационный сейм. Прибывшие на него послы Брестского воеводства потребовали открытия в Великом княжестве Литовском монетного двора для чеканки серебряной монеты «одинакового достоинства с таковою же в странах соседних». Вопрос о возобновлении денежного производства стал одним из главных в программе работы сейма. Принятая на нем Конституция гласила: «Так как с великой шкодой для Речи Посполитой менница и доныне стоит закрыта, а многие люди посторонние свои (монетные дворы) отворивши, не только коммерцией серебра и золота овладели, но и державу нашу подлейшей своей монетой наводнили, постановляем, абы менница серебряная и золотая открыта была».
Коронационный сейм 1677 г. обнародовал постановление «Менница коронная», согласно которому открылись
монетные дворы в Быдгоще и Кракове для чеканки «единой во всем монеты для одного и другого народов (т. е. Польши и Великого княжества Литовского)». Здесь же конституционным разделом «Менница литовская» решено начать подготовительные работы к открытию монетных дворов Великого княжества Литовского: «Менницы Великого княжества Литовского в ведение вельможного подскарбия княжества отдаем, дабы всячески старался серебряную и золотую менницу отворить».
Быдгощский двор был отдан в держание итальянцу Санти де Урбанис Бани, краковский — Титу Ливию Боратини, все еще продолжавшему предъявлять претензии казне. Эмитировались номиналы от тройного гроша до дуката. Сейм 1685 г. потребовал полного прекращения чеканки: «Так как менница сребрная, в Короне отворенная, плохо плодоносила, закрываем ее нынешним авторитетным собранием в интересах государства». Тем не менее двор Быдгоща продолжал функционировать еще в 1686 г., а Кракова — и в 1687 г.
В последнее десятилетие правления Яна Собесского (1687—1696 гг.) монета не чеканилась. Рынки, захлебывавшиеся в море «боратинок» и «тымфов», особенно высоко ценили «добрые старые» монеты первой половины XVII в. и относительно высокопробную продукцию быдгощского и краковского производства 1670—1680-х гг.
Вследствие нехватки разменной монеты «боратинки» продолжали находиться в обращении вплоть до второй половины XVIII века (в начале XVIII в. цена дуката составляла уже 18, а талера - 8 польских злотых боратинками или тымфами).

Опубликовал Василий Швецов , 11.01.2010 в 14:22

Комментарии

Показать предыдущие комментарии (показано %s из %s)
Сергей Щербаков
Сергей Щербаков 11 января 10, в 15:56 Радует, что автора интересует не только Русь, но и тесно связанные с ней государства (в данном случае Речь Посполита). Вызывает уважение, что названа правильно - не чушь "ПосполитаЯ"!

Очень надеюсь, что здесь появятся столь же интересные нумизматико-исторические посты (монета ведь - вещественная история, которую пальцами потрогать можно!) и о других наших соседях - о Великом княжестве Литовском (до унии с Польшей и образования "Ржечи";), о Золотой Орде, о Крымском ханстве...
С ними у нас были и дружба, и вражда... но ведь вражда - это тоже тесная историческая связь! Не так-ли?
Кроме того, монеты этих государств обращались и на приграничных территориях Руси!
...Очень рад был увидеть здесь монеты из своего альбома (не в таком великолепном сохране, конечно!)...
Текст скрыт развернуть
4
леонид авербах
леонид авербах 12 января 10, в 10:11 великолепная статья,спасибо. Текст скрыт развернуть
1
Grigorij Kuksov
Grigorij Kuksov 12 января 10, в 11:03 Ой спасибо за информацию, теперь я точно знаю что за монету нашел, когда реставрировал старый дом в Вильнюсе. Сразу не разобрал так как она поизносилась немного но кое что видно и это оказывается серебрянная буратинка, только размер немного смущает, найденая монета около 2 см в диаметре, немного меньше чем 2 и очень тонкая. Если размер совпадает то значит это она и есть. Текст скрыт развернуть
1
Сергей Щербаков
Сергей Щербаков Grigorij Kuksov 12 января 10, в 15:11 Скорее всего, Григорий, Вы нашли не боратинку, а серебряный польско-литовский ("Ржечь Пос-По-Лита"!), шведский или прусский "полторак" (1.5 гроша = 1/24 талера).
...Добавьте фото!
Это Вам образец для сравнения:
Речь Посполита. 1623 г. Сигизмунд III Ваза (1587-1632)
1,5 гроша («Полторак»). Ag. 20 мм. 1.0 г.
Текст скрыт развернуть
3
Grigorij Kuksov
Grigorij Kuksov 13 января 10, в 14:33 А ведь и верно, точно так и есть. Я ошибся, моя монета немного по краям стерта или обрезана, а все остальное совпадает к сожалению фото не могу загрузить, так как сейчас не имею чем сфотографировать. Эта монета была замурована в кирпичную кладку и хороше сохранилась только с одной стороны. Текст скрыт развернуть
0
Сергей Щербаков
Сергей Щербаков Grigorij Kuksov 14 января 10, в 16:43 Я был уверен в этом на 90%: ведь Вы говорили о серебряной монете!
А "Кредитная монета" - это "порченная монета": серебро заменяется на медь или биллон.
...Вы,вероятнее всего, нашли "вотивную монету" ("на счастье дому!";). На Руси их клали под угол строящегося дома и по ним можно узнать время его строительства. ...Старый, однако, дом Вы в Вильно ремонтировали!!!
Фото уже не нужны - и так все ясно...
Текст скрыт развернуть
0
Grigorij Kuksov
Grigorij Kuksov 15 января 10, в 13:03 Монету я нашел после обрушения части подвальной стены, к стати ее не планировали ремонтировать, но когда отбойным молотком разбили верхнюю часть стены (время кладки примерно около 150 лет назад) то обрушилась часть фундамента, состоящая частично из природных камней и кирпичей, на которых было видно клеймо мастера. Фундамент мог быть намного старше самих стен. Да и на счастье могли положить старинную монету в не обязательно старинный фундамент. давность монеты не всегда совпадает с возрастом здания. Текст скрыт развернуть
0
Grigorij Kuksov
Grigorij Kuksov 15 января 10, в 13:09 Во, этот район начал строиться после раздела Речи Посполитой, когда город Вильно вошел в состав Российской империи. Скорее всего из России тогда и пришла в Литву традиция ложить серебрянную монетку под фундамент. Точно не скажу когда дом строился но Вильнюс вошел в состав России в 1792 году. Бывшие деньги изымались из оборота и замещались рублями. В полне могли за ненадобностью старую монету замуровать на счастье Текст скрыт развернуть
0
Dolphin997
Dolphin997 6 сентября 11, в 15:48 Подскажите, эта монета может относиться к боратинке Речи Посполитой? Текст скрыт развернуть
0
Анна Гончарова
Анна Гончарова 10 декабря 12, в 13:02 Спасибо Вам огромное за статью ! Текст скрыт развернуть
0
Показать новые комментарии
Показаны все комментарии: 10
Комментарии Facebook
Комментарии ВКонтакте